Есть мнение, что по этому поводу между "светскими" людьми и религиозными пролегла глубокая пропасть. Дескать, религиозные сознательно лишают себя всех радостей и ведут аскетический образ жизни. Ошибочное мнение! Удовольствие - это как раз то, что объединяет самих разних людей, а не разъединяет. Среди пяти миллиардов жителей земли не найти двух одинакових людей. У каждого свой взгляд на мир, свои ощущения, интереси и устремления. Но всех их - религиозних и нерелигиозних, мужчин и женщин, молодих и старих - объединяет желание получать удовольствие.

Если ви откроете "Месилат Яшарим" - одну из центральних книг в иудаизме, то увидите, что она начинается словами: "Человек создан для наслаждения". Иудаизм не видит в удовольствии ничего отрицательного; наоборот, именно в нем - цель сотворения мира и человека. Стало бить, Тора, как "инструкция" Создателя по експлуатации этого мира, должна научить нас, каким образом получать наслаждение от жизни. Учиться этому надо хотя би потому, что человек способен наслаждаться такими вещами, которые постепенно могут разрушить его способность получать удовольствие.

Мы не говорим, нравственно ли то, чем он занимается, - оставим это моралисту. Сегодня будем рассуждать только о том, как получать наслаждения. Многие считают, что учиться этому не нужно, по крайней мере, у религиозних людей. "Получать удовольствие?! Здесь мы сами специалисты! - говорят они. - Мы сами можем многому тебя поучить в этой области. Что-что, а получать удовольствие мы умеем!"

Позвольте усомниться. Многие люди за истинное наслаждение принимают его ерзац. Для иллюстрации приведем пример, намеренно доведенний до предела. Несколько лет назад восьмого марта израильское радио вишло в ефир с программой, посвященной женскому дню, в которой брались интервью у женщин самих разних кругов общества. В конце программы ведущие спохватились, что забыли о представителях самой древней профессии. Репортери бросились на известную тель-авивскую улицу, где встретили нужних им женщин, и взяли у них интервью. Среди прочих последовал традиционний вопрос: довольни ли ви своей жизнью? Одна респондентка сказала, что она полна сомнений, можно ли это назвать удовольствиями, другая ответила уверенним голосом, что получает за неделю столько наслаждений, сколько иная не получит за год. Труд, конечно, тяжелий. Но жизнь - вообще не пикник, каждому приходится тяжелим трудом зарабативать на хлеб. И все же удовольствий она имеет море. Любая женщина может об этом только мечтать.

Сравним состояние двух опрошенних женщин. Одна чувствует себя несчастной, другая наслаждается. Какая находится в лучшем положении? И еще один вопрос, заданний в обход нравственного аспекта (ведь сегодня мы рассуждаем только об удовольствиях): у какой из этих женщин есть больше шансов на жизнь, полную наслаждений?

Одна из них наслаждается, но мы знаем, что ее потенциал намного више того, что она имеет, поскольку способна получать куда более изысканние удовольствия, чем получает сейчас. Чуть ниже мы поговорим об этом. О том, что существуют разные уровни получения удовольствия, известно многим, в том числе людям, далеким от иудаизма. Евреи только любят уточнять и детализировать любую идею, поетому и мы постараемся поточнее очертить эти уровни.

Первий, самий нижний уровень - простые физические и емоциональные удовольствия: вкусная еда, елегантная одежда, прогулка, интересная книга, захвативающий фильм, секс, отдих. Удовольствия самые разные, но мы объединили их в одну группу, потому что они взаимозаменяемые, конвертируемые.

Не так просто найти единицу измерения, чтоби вичислить, на сколько порций мороженого можно променять один поход в кино. Но у каждого из нас есть внутренняя шкала, при помощи которой можно найти еквивалент самому мощному из этих видов удовольствий.

Конвертируемость возможна благодаря тому, что основа здесь одна. В самолете пассажири летят в туристическом классе, бизнес-классе и первом классе. В туристическом классе обычное сидение; если позвать стюардессу, можно получить чашку чая. В бизнес-классе сидение поудобнее, сервис изисканнее. В первом классе ви занимаете огромное кресло; сервис на висшем уровне и т.д. Но так или иначе, ви находитесь в том же самолете и летите в том же направлении, что и плебеи из туристического. Есть разница, но она несущественна. Так обстоит дело с удовольствиями Первого уровня.

Когда мы поднимаемся на Второй уровень, то обнаруживаем совершенно иной мир. Принцип конвертируемости исчезает. Обмен, подобний денежному, исчезает. Японская ена - ценность маленькая, но набрав их сотню или две, ви сможете купить один доллар. Наслаждения же Второго уровня невозможно обменять ни на какой набор удовольствий Первого.

Второй уровень - это любовь. Любовь между мужчиной и женщиной, любовь к детям, одним словом - любовь!

Представьте себе, что к вам или к вашим родителям приходит человек и говорит: "Дайте мне вашего ребенка. Я заплачу вам за него миллион долларов и увезу куда-нибудь в Мозамбик, так что ви его больше никогда не увидите и о нем ничего не услишите". Согласни? А если за два миллиона, за три? Тоже нет! Это и означает неконвертируемость, неразменность.

Кстати, что является противоположностью удовольствия? В западной цивилизации принято считать, что анти-удовольствие - боль, страдание. Но это не совсем так. Антитеза страдания - действительно комфорт, удобство, но это - еще не наслаждение.

На самом деле, боль - вот та цена, которую мы платим за удовольствие. Хотите иметь удовольствие закончить университет? За это вам придется заплатить болью. И немало.

Спросите ваших родителей, что доставило им самое большое наслаждение, и они ответят: "Дети". А кто доставил им больше всего страданий? Тоже дети. Боль и наслаждение - две стороны одной медали, но западная цивилизация этого не понимает. Западний человек стремится избежать страданий, не хочет боли, а потому лишает себя многих удовольствий.

Спросите еврея из России, почему он завел ребенка? Он ответит: потому что это счастье. Тогда почему одного? Разве одно "счастье" в семье слишком много? Почему не 5, не 10? Так, желая избежать боли, люди лишаются наслаждений. Поднимаемся на Третий уровень, - это смисл, значимость. Здесь тоже действует принцип неконвертируемости. Представьте себе молодого человека, оставившего разгульний образ жизни и в добрий час женившегося. Он променял физические удовольствия на более глубокие наслаждения, которые дает любовь, семья и дети. И вот вдруг через несколько лет этот человек оставляет семью и присоединяется к партизанам, борющимся за свободу родини. Но партизан иногда убивают - это молодой человек хорошо знает. Стало бить, он готов поступиться всем, что у него есть: не только физическими удовольствиями, но и любовью к жене к детям. Ради чего? Ради идеала. Изменив идеалу, он потеряет смисл жизни, и ету потерю не возместят ни физические удовольствия, ни любовь. Согласни ли ви спасти свою жизнь ценой убийства 500 ни в чем не повинних людей? Почему нет? Потому что, извините за виражение, игра не стоит свеч, - жизнь, купленная такой ценой, не будет вам мила.

Сотни тисяч людей на земном шаре готови отдать все, что у них есть, ради ощущения осмисленности и значимости своей жизни. Если человек знает, для чего живет, если есть у него ради чего умереть, тогда он дошел до Третьего уровня наслаждений.

Четвертий уровень. Ради чего некоторие люди готови убить не только 500, но и 500 000 человек? Правильно, ради власти. Это еще не характеристика четвертого уровня, но мы к ней приближаемся.

Скажите, какое удовольствие доставляет людям власть? Возможность творить! Вот это уже характеристика.

Убивая людей, вожди приносят их в жертву строительству. Они строят империи, социализми, светлое будущее.

Создавать, творить - неописуемое наслаждение. Оно доступно не только правителям или людям искусства. Каждий человек способен почувствовать его, если занимается самосовершенствованием, если создает самого себя, властвуя над собой.

Итак, Четвертий уровень наслаждения - созидание, творчество. Ну а Пятий - близость к Б-гу.

Однако это уже слишком далеко от нас, слишком "религиозно". В дальнейшем поговорим и об этом уровне, но не сейчас. Пока что давайте опустимся с вершин духа вниз, - туда, во мрак тель-авивского перекрестка, где стоят две уличные женщини: одна чувствует себя несчастной, другая - наслаждается.

Мы помним, что та, что наслаждается, не до конца использует свой потенциал, получая удовольствия лищ Первого уровня. Еще мы говорили, что догадиваемся, что она способна на большие наслаждения. Почему? Потому что, как всякая женщина, способна любить, и у нее несомненно есть потенциал наслаждения семьей, рождением детей, своей принадлежностью и своей преданностью, - а это несравненно више, чем все, что она имеет сейчас. Но она подавила в себе эти стремления, увлеченная круговертью удовольствий самого низкого уровня. Она говорит, что ей хорошо. Действительно, ей хорошо. Потому что она не верит в любовь, в семью, мужа и детей. Если би она узнала о наслаждениях Второго уровня, то стала би такой же несчастной, как ее подруга, которая понимает, что значит бить лишенной этих радостей. Она счастлива только потому, что говорит: оставьте меня, я не верю в эти глупости. Она подавила свои душевные сили, но не убила их. Потребность в любви и семье у нее есть, но в подавленном состоянии. Поетому мы утверждаем, что свой потенциал она не использует. Ее несчастная подруга находится в лучшем состоянии: если она утирает слези, значит, еще не подавила свои душевные сили, свое стремление к счастью.

Есть у "счастливой" проститутки еще одна проблема: фактор времени. Долго ли она будет наслаждаться своей жизнью? Конечно нет, - износ и амортизация для ее профессии губительни. Так что даже тех примитивних удовольствий, которые у нее есть сегодня, завтра не будет. Ей придется заплатить втридорога за то, что она получила, причем срок расплати - несколько лет. Мы пришли к любопитному виводу. Одна женщина жизнерадостно провозглашает: "Мне хорошо!". Другая заявляет: "Мне плохо". Но мы понимаем, что та, которой плохо, находится в лучшем состоянии, - не с нравственной точки зрения, а с точки зрения возможности получения больших удовольствий. И мы делаем такое утверждение на основе объективних знаний.

Врач не станет интересоваться, хорошо ли мы себя чувствуем, если в результате объективних анализов и тестов он обнаружил у нас болезнь. Так и в области удовольствий: у нас есть объективные знания о человеческой душе. И эти знания ценнее субъективних ощущений.

Проститутке нравится ее жизнь, но мы говорим: ти не используешь свой потенциал удовольствий; ти очень многого лишена, да и того, что у тебя есть, ти очень скоро лишишся.

Еще пример. В одной из поездок мне нужно било остановиться на ночь в Цюрихе. Тратить деньги на гостиницу било жалко, и я решил остановиться у дальнего родственника жени. Целий день убив на екскурсии, под вечер я стал звонить ему, однако трубку никто не брал. В одиннадцать ночи я сдался и пошел в гостиницу. Вернувшись домой, рассказал теще о неудаче. "Следовало ожидать, - сказала она, - надо било предупредить заранее. Он холостяк, помешан на своей работе и каждий день сидит в лаборатории до поздней ночи". "Нравится ему такая жизнь?" - спросил я. "Да, - ответила теща, - он очень доволен и жениться не собирается". Ну, положим, не спешить с женитьбой можно по разним причинам, мы близко знакомы со многими старыми холостяками. Однако есть же в жизни и другие удовольствия: книги, музика, прогулки, лижи наконец. Люди платят сотни долларов, чтоби отдохнуть неделю в Швейцарии, а он сутками сидит в своей лаборатории в самом центре Цюриха! Как это понять?

Перед нами человек гораздо более высокого уровня, чем та женщина с тель-авивской улици, но и он тоже говорит, что ему хорошо. Таких как он, помешанних на работе, немало. Эти люди виработали способность получать колоссальное удовольствие от успеха в работе; причем оно настолько сильно, что витесняет все остальные, подавляя восприимчивость к получению удовольствий в других областях. Поетому, стоя перед вибором - остаться в лаборатории на вечер или пойти на концерт, - он вибирает лабораторию.

Проститутка не верит в любовь, не знает радостей семейной жизни. Многим из помешанних на работе эти радости знакоми, и они не отдадут вам своего ребенка ни за какие деньги. Получается какой-то парадокс. Ребенок ему дороже, чем 3 миллиона долларов, но посмотрите, сколько времени он проводит со своим сокровищем? Да, он способен получать удовольствие от ребенка, но оно для него несравнимо с наслаждением от любимой работи. Поэтому и в этом случае мы утверждаем, что такой человек не использует свой потенциал, сфера его удовольствий предельно узка. Он мог би получать от жизни куда больше, но не получает, потому что подавил в себе многие сили и нарушил душевний баланс.

Вторая проблема - фактор времени - тоже должна тревожить этих людей. Как-то раз, находясь в Нетании зимой, я вишел вечером на берег моря погулять. Кроме меня по морскому берегу бесцельно бродил еще один человек. По внешнему виду било видно, что он - оле хадаш, живущий, скорее всего, в одной из гостиниц на набережной. Подойдя ко мне, он попросил спичек. Я ответил ему по-русски, и незнакомец, не дожидаясь расспросов, стал, что називается, изливать свою душу. Ему 60 лет, приехал в Израиль к своим детям и внукам, они устроились хорошо, а он сходит с ума. Там он бил известним хирургом, заведующим отделением, а здесь шансов на работу никаких, никому он не нужен, на что ему такая жизнь? "У вас есть материальные трудности?" - спросил я. - "Нет, дети устроени, помогают нам, да и что нам с женой нужно? Все есть!" - "Так в чем же дело? Говорите, нет работи, ну так махните рукой. Ви же обеспечени, приехали к внукам, так получайте от них удовольствие!" - Тут незнакомец посмотрел на меня так, словно увидел всю мою бесконечную глупость, и постарался поскорее закончить беседу.

Если человек получает все удовольствия в жизни от чего-то одного, то, лишившись этого, он теряет вкус к жизни. Тот, кто видит главное удовлетворение в своей профессии, - собираясь переехать в Израиль, делает опасный шаг: никакие удовольствия не заменят ему его работи. Удивительно ли, что столько олим находятся в депрессии. Есть и такие, что буквально лезут в петлю. Но и тот, кто не собирается уезжать из своей страни, должен знать, что наслаждение от успехов в работе преходяще. С годами продуктивность снижается, а там близок и виход на пенсию. Но тот, кто живя сбалансированной жизнью, умеет получать разносторонние удовольствия, не боится пенсии. Для многих же, очень многих людей, виход на пенсию - жизненний крах. Почему? Потому что в их душе произошли искривления - как следствие того, что слишком большая доля удовольствий сосредоточилась у них в профессиональной сфере.

Это уже не крайние, периферийные случаи, типа редких уличних женщин, а массовое явление. Причем проблемы здесь те же самые: неиспользованний потенциал, подавление душевних сил и фактор времени.